Подагра и синдром инсулинорезистентности

Международный эндокринологический журнал 6(12) 2007

Вернуться к номеру

Метаболический синдром и кардиоваскулярные нарушения при подагре

Авторы: В.Г. Барскова, Государственное учреждение Институт ревматологии Российской академии медицинских наук

Версия для печати

Введение

Подагра — системное тофусное заболевание, характеризующееся отложением кристаллов моноурата натрия в различных тканях и развивающимся в связи с этим воспалением, у лиц с гиперурикемией, обусловленной внешнесредовыми и/или генетическими факторами [1, 2]. Эпидемиологические данные свидетельствуют об истинном увеличении распространенности болезни, при этом диагноз подагры ставится в среднем на 8-й год болезни [3, 4].

Подтверждение облигатности формирования и накопления в организме кристаллов моноурата натрия способствовало рассмотрению подагры как тофусного заболевания уже на раннем этапе развития болезни. В связи с этим эксперты считают необходимым пересмотреть отношение к подагре как к относительно благополучному заболеванию и рассматривать подагру как изначально хроническую системную патологию, протекающую с постоянным образованием и накоплением микротофусных структур [5, 6]. Так, присутствие кристаллов продемонстрировано во многих органах и тканях. В связи с этим требуется пересмотр тех признаков, которые являются отражением тяжести болезни и могут быть использованы для оценки эффективности терапии.

Еще одним фактором, вызвавшим повсеместный интерес, явилось осознание медицинской общественностью того, что подагра является метаболическим заболеванием. В сообщении ВОЗ от 2000 г. подагра была причислена к ряду болезней, связанных с ожирением, таких как артериальная гипертензия, коронарная болезнь сердца, инсульт, сахарный диабет типа 2. Но только недавно показано, что метаболический синдром достаточно часто встречается при подагре. Вопрос значения такого сочетания для течения собственно подагры совершенно не изучен, хотя гиперурикемия является одним из многочисленных маркеров метаболического синдрома и инсулинорезистентности.

Аспект кардиоваскулярной патологии при подагре непосредственно связан с изучением роли воспаления в развитии и прогрессировании атеросклеротического поражения сосудов [7]. Особенностью больных подагрой является латентное воспаление суставов даже в межприступный период, однако уровень воспалительных реакций (в частности, наиболее чувствительного маркера С-реактивного белка) в межприступный период у больных подагрой не изучался. Значение этого фактора как кардиоваскулярного фактора риска у больных с подагрой не ясно.

Таким образом, появление новых данных о метаболическом синдроме, инсулинорезистентности, атерогенном характере воспаления, наконец, разработка новых методических подходов к диагностике этих состояний, а также различных прогностических шкал делают необходимым изучение таковых при подагре.

Цель работы: изучить метаболический синдром и кардиоваскулярные нарушения при подагре и оценить их значение для течения болезни с помощью разработанной системы оценки, включающей индекс тяжести подагры.

Материалы и методы исследования

В исследование было включено 312 больных подагрой, диагностированной на основании классификационных критериев (S.L. Wallace, 1977). Медиана и интерквартильный размах возраста больных и длительности болезни на момент обращения в ГУ Институт ревматологии РАМН составили 51,8 [43,8; 60,3] и 6,1 [3,6; 11,9] года соответственно. На момент включения в исследование у 210 больных выявлялся артрит, 102 больных обратились в межприступном периоде, у 106 (40 %) больных имелись подкожные тофусы. У всех включенных в исследование больных отмечалось естественное течение болезни.

Диагностика метаболического синдрома и определение уровня кардиоваскулярного риска проводились на основании рекомендаций Американской национальной образовательной программы по холестерину (НОПХ, 2001). Инсулинорезистентность оценивалась с помощью индекса НОМА (D.R. Matthews, 1985).

Уровень мочевой кислоты (МК) в сыворотке крови определялся с помощью фотометрического ферментативного теста с этилтолуидином. Сывороточные уровни ХС, ТГ и глюкозы исследовались при помощи ферментативного фотометрического теста Chod-PAP, сывороточный уровень ХС ЛПВП — с помощью метода преципитации.

Сывороточный уровень иммунореактивного инсулина определялся при помощи методики ELISA с использованием коммерческого набора Diagnostic Systems Laboratories (США). Концентрацию СРБ в сыворотке крови определяли высокочувствительным иммуноферментным методом с использованием коммерческих наборов фирмы Biomerica (США).

Кристаллы моноурата натрия идентифицировали с использованием поляризационного микроскопа ПОЛАМ Л-213 М фирмы LOMO (Россия).

Статистический анализ проводился с помощью пакета прикладных программ Statistica 6.0 (StatSoft. Inc., США). Результаты представлены в виде средних значений и средних квадратических отклонений для количественных признаков, имеющих нормальное распределение (M (s)), медианы и интерквартильного интервала (Me [Q1; Q3]) для других распределений количественных признаков. Анализ взаимосвязи двух признаков проводился с использованием непараметрического корреляционного анализа по методу Спирмена. Для сравнения двух независимых групп мы использовали непараметрический критерий Манна — Уитни. Сравнение трех и более независимых групп проводилось с применением метода ANOVA по Краскелу — Уолису. Для сравнения двух зависимых групп по одному признаку использовался непараметрический критерий Вилкоксона. Для сравнения частот качественных признаков в несвязанных группах применялись точный критерий Фишера, критерий χ 2 . Результаты считались статистически значимыми при величинах достигнутого уровня значимости менее 0,05.

Результаты работы и их обсуждение

Разработка метода оценки тяжести болезни и выделение вариантов течения подагры

Длительность болезни в данной когорте больных являлась независимым критерием тяжести вследствие естественного течения подагры. Признаками, выраженность которых увеличивалась по мере нарастания длительности болезни, явились: количество пораженных суставов за все время болезни и на момент осмотра (p 2 = 95,1, p 102 см отмечалось у 144 (71,3 %) больных, уровень триглицеридов ≥ 150 мг/дл — у 122 (60,4 %), ХС ЛПВП 2,76). Вторую группу составили 68 (41,0 %) больных без ИР (индекс HOMA ≤ 2,76). У больных с ИР антропометрические показатели, отражающие ожирение, были значительно выше, чем у больных без ИР. Так, у них был выше индекс массы тела (31,2 [23,7; 39,9] и 29,7 [24,8; 33,8] соответственно (р 190 мг/дл выявлялся у 67,2 % больных, ХС ЛПВП ≤ 40 мг/дл — у 65,1 %, САД > 140 мм рт.ст. — у 67,6 % больных. Лишь у 2 % больных не было выявлено ни одного фактора, такой же процент больных имел все пять факторов риска, у 16 % больных отмечалось наличие одного фактора, остальные больные имели 2–4 фактора риска.

Метаболический синдром в данной группе диагностирован у 68 % больных. Абсолютные значения риска у больных с МС были выше по сравнению с пациентами без метаболического синдрома и составили 11,0 [5,0; 21,0] против 7,0 [3,0; 16,0] единиц соответственно.

Абсолютные значения кардиоваскулярного риска коррелировали с индексом тяжести подагры (R = 0,33, p 10 %) — 121 больной. Анализ частоты встречаемости факторов риска у больных двух групп показал значимые отличия (р Список литературы

1. Насонова В.А., Барскова В.Г. Подагра // Справочник поликлинического врача. — 2002. — № 3. — С. 17-20.

2. Елисеев М.С., Барскова В.Г., Якунина И.Я., Насонова В.А. Диагноз подагра — противопоказание для назначения диуретиков // Фарматека. — 2003. — № 5. — С. 67-70.

3. Рациональная фармакотерапия ревматических заболеваний: Руководство для практикующих врачей / В.А. Насонова, Е.Л. Насонов, Р.Т. Алекперов и др. — М.: Литтерра, 2003. — 507 с.

4. Барскова В.Г., Насонова В.А., Якунина И.Я. и др. Ретроспективный анализ причин поздней диагностики подагры // Клин. геронтология. — 2004. — № 6. — С. 12-17.

5. Клинические рекомендации. Ревматология 2005 / Е.Л.Насонов, Р.Т. Алекперов, Л.И. Алексеева и др. — М.: Гэотар-Медиа, 2005. — 288 с.

6. Denisov L.N., Nasonova V.A., Koreshkov G.G. et al. Gout and cardio-vascular diseases // Ann. Rheum. Dis. — 2003. — № 62. — P. 491.

7. EULAR evidence based recommendations for gout. Part I: Diagnosis. Report of a task force of the standing committee for international clinical studies including therapeutics (ESCISIT) / W. Zhang, M. Doherty, E. Pascual et al. — 2006. — № 65 (10). — P. 1301-1311.

Как связаны между собой ожирение и подагра?

Адрес: г. Ростов-на-Дону, ул. Варфоломеева, 92 А

Запись на консультативный
прием по телефону:
+7 (904) 503-00-03 ,
+7 (863) 298-00-09

Подагра представляет собой обменную патологию, которая сопровождается скоплением, откладыванием нерастворимых кристаллов мочевой кислоты в тканях различной локализации. Патогенез (механизм развития) патологического процесса заключается в том, что происходит повышение уровня мочевой кислоты (гиперурикемия), а также за счет уменьшения её выведения почками.

Подагра – симптомы

Развитие подагры сопровождается повторяющимся (рецидивирующим) острым воспалением тканей сустава, в котором произошло откладывание кристаллов (артрит), формированием специфических подагрических узлов, которые называются тофусы. Данное патологическое состояние также сопровождается поражением почек, которое по частоте практически одинаково развивается вместе с артритом. Регистрируется подагра на ноге несколько чаще у мужчин. На сегодняшний день регистрируется повышение заболеваемости подагрой среди женщин. Патология чаще развивается у людей более старшего возраста. После того, как был установлен диагноз подагра, признаки и лечение патологии имеют определенную корреляцию.

Интересным историческим фактом является то, что раньше (вплоть до начала прошлого века) подагрой болели чаще зажиточные и знатные люди. Поэтому раньше патология еще называлась «болезнь королей», «болезнь аристократов» или «болезнь богачей». Это было связано с избыточным весом богатых людей, частым перееданием (особенно продуктами питания, содержащими значительное количество мяса), чрезмерным употреблением алкоголя (особенно пива, содержащего большое количество нуклеотидов, являющихся предшественниками мочевой кислоты).

Связь развития патологического процесса с повышенной массой тела подтверждается современными учеными (De Seze и Ryckewaert, соавторы, BrochnerMortensen). Gamp выявил ожирение около у 82% больных, Kuzell и Gaudin — у 54% пациентов. Непосредственная связь между этими патологическими процессами также основывается на определенном сходства некоторых звеньев – подагра, ожирение. На это косвенно указывают результаты исследований Lockie и Hubbard, McEwen, про уменьшение выведения мочекислых соединений из организма под влиянием алиментарных жиров. Характерно, что увеличение концентрации мочевой кислоты чаще регистрируется у пациентов с абдоминальным типом ожирения, сопутствующим метаболическим синдромом. Если имеет место развитие инсулинорезистентности, то при этом снижается выведение мочевой кислоты посредством почек.

У большинства пациентов, имеющих нарушенный обмен веществ развитие подагры является следствием ухудшения секреции данного соединения почками. Эта связь очевидна – гипертония, характерная для людей, имеющих избыточный вес, снижает почечную фильтрацию, способствует накоплению мочевой кислоты; гиперлипидемия (повышение концентрация жира) у пациентов приводит к повышению мочевой кислоты; сахарный диабет, сопровождающийся ангиопатией почечных клубочков (отвечают за фильтрацию первичной мочи), приводит к снижению выведения мочевой кислоты, прием алкоголя на фоне ожирения приводит к дегидратации, снижению фильтрации мочевой кислоты. Излишний вес (ожирение 2, 3 стадии) значительно повышают вероятность развития воспаления тканей суставов, костей (остеоартрит), особенно тех, которые испытывают значительные нагрузки (коленные, тазобедренные). Колени испытывают более высокую нагрузку, чем область таза, поэтому они поражаются несколько чаще. Такие изменения чаще регистрируются у женщин, даже при небольшом повышении массы тела.

Современные клинические исследования, проведенные у людей близнецов, показали, что если один из них страдает бессимптомным или проявляющимся клинически поражением суставов, преимущественно локализующегося в суставах ног, то его вес обычно на 5–10 кг выше, чем у другого. Поэтому повышение массы тела влияет на механизм развития воспаления тканей суставов. В некоторых научных исследованиях ученые развитие остеоартрита суставов рук также связывают с повышенным весом. Это дает возможность предположить существование дополнительного патогенеза развития патологии суставов при ожирении, исключая повышенные нагрузки.

Как лечить подагру?

При терапии подагры у людей, страдающих избыточным весом, положительные эффекты будут носить временный характер, так как основное патогенетическое звено этой болезни не устраняется, а все возрастающая инсулинорезистентность по-прежнему будет снижать выделение мочевой кислоты почками. Именно поэтому необходимо бороться с проблемой комплексно, уменьшая вес тела, применяя одновременно другие методы лечения. Диета при подагре включает ограничение продуктов питания, содержащих повышенное количество нуклеотидов (мясо, бульоны, пиво, шпинат).

Наиболее оправданными экономически методами борьбы являются бариатрические операции, так как они позволяют в короткие сроки добиться желаемого результата. А некоторые из них, а именно различные модификации гастроеюношунтирования, оказывают еще положительное воздействие на метаболизм мочевой кислоты, причем лабораторные показатели уровня глюкозы, уратов, холестерина нормализуются уже через 2 месяца после операции.

Это происходит благодаря изменению концентрации специфических белков регуляторов — инкретинов, вырабатываемых тонкой кишкой, в ответ на изменение пассажа пищи вследствие гастрошунтирующих операций, а именно повышенной выработки GPP-1 пептида, который потенцирует биосинтез инсулина; стимулирует глюкозозависимую секрецию инсулина; оказывает положительное влияние на β-клетки, что сопровождается увеличением их количества; снижает секрецию глюкагона как за счет прямого воздействия на a-клетки, так за счет увеличения синтеза соматостатина. Это приводит к снижению выделения глюкозы из печени. Все исследователи подтверждают значимую роль инкретинов, особенно ГПП-1, в улучшении метаболического контроля мочевой кислоты, уратов у пациентов с метаболическим синдромом, а также инсулинорезистентностью после бариатрических операций.

Читайте также  Немеет рука после перелома

Современные аспекты патогенеза и коррекции гиперурикемии, а также ассоциированных с ней состояний

Рассмотрены причины возникновения гиперурикемии, в том числе влияние таких факторов, как ожирение, метаболический синдром, снижение функции почек, злоупотребление алкоголем, длительный прием препаратов ацетилсалициловой кислоты и диуретиков. Проанализирована роль гиперурикемии в нарушении метаболизма, развитии атеросклероза, заболеваний сердечно-сосудистой системы и почек. Продемонстрированы возможности уратснижающей терапии в коррекции гиперурикемии при подагре, а также при бессимптомной гиперурикемии. Обсуждаются перспективы такого лечения в отношении снижения риска кардио- и цереброваскулярных осложнений, прогрессирования почечной недостаточности.

Рассмотрены причины возникновения гиперурикемии, в том числе влияние таких факторов, как ожирение, метаболический синдром, снижение функции почек, злоупотребление алкоголем, длительный прием препаратов ацетилсалициловой кислоты и диуретиков. Проанализирована роль гиперурикемии в нарушении метаболизма, развитии атеросклероза, заболеваний сердечно-сосудистой системы и почек. Продемонстрированы возможности уратснижающей терапии в коррекции гиперурикемии при подагре, а также при бессимптомной гиперурикемии. Обсуждаются перспективы такого лечения в отношении снижения риска кардио- и цереброваскулярных осложнений, прогрессирования почечной недостаточности.

Стремительный прогресс медицинской науки в последние десятилетия не мог не затронуть такую проблему, как гиперурикемия. Установлено, что повышение уровня мочевой кислоты неразрывно связано с развитием сердечно-сосудистой патологии и хронической болезни почек, а также с метаболическими нарушениями.

Мочевая кислота образуется при метаболизме пуриносодержащих соединений. Большая часть последних получается при распаде клеточных структур, меньшая – поступает извне.

При превышении пороговой концентрации мочевой кислоты происходит осаждение ее ионов и формирование кристаллов.

Наиболее распространенной формой кристаллизованного урата в организме является моноурат натрия (NaC5H3N4O3 – H2O), в котором молекула урата соединена с одной молекулой натрия и одной – воды [1]. Процессу кристаллизации способствует ряд факторов. Один из них – понижение температуры. Так, по данным исследований in vitro, снижение температуры с 37 до 35 °C является достаточным для падения точки растворимости уратов – с 6,8 до 6,0 мг/дл. К другим факторам следует отнести умеренное повышение рН (в пределах 7–9), электролитный состав тканей, наличие и концентрацию некоторых структурных компонентов тканей [2–4].

В настоящее время под гиперурикемией понимается повышение сывороточного уровня мочевой кислоты, при котором в физиологических условиях происходит ее кристаллизация, – более 6,0 мг/дл, или более 360 мкмоль/л [5]. Данный показатель един для лиц обоего пола. Необходимо отметить, что в большинстве эпидемиологических работ в качестве критерия гиперурикемии использовали значения более 420 мкмоль/л для мужчин и более 360 мкмоль/л для женщин [6].

Если клинические симптомы подагры отсутствуют, гиперурикемию характеризуют как асимптоматическую (бессимптомную). В свою очередь ее подразделяют на гиперурикемию с и без кристаллов моноурата натрия [7]. Это обусловлено тем, что кристаллы могут быть обнаружены и в отсутствие приступов подагры [8].

Частота встречаемости гипер­урикемии обусловлена половозрастными особенностями. Так, распространенность патологии увеличивается после 30 лет у мужчин и после 50 лет у женщин. Прежде всего это связано со снижением количества эстрогенов в период постменопаузы. Известно, что эстрогены обладают урикозурическим действием [9, 10]. В норме у лиц мужского пола в детском возрасте концентрация мочевой кислоты составляет около 208 мкмоль/л, в период пубертата повышается до уровня взрослых и остается в этих пределах до 30 лет. После 30 лет уровень мочевой кислоты продолжает увеличиваться. У женщин до наступления менопаузы уровень мочевой кислоты стабилен, после – начинает повышаться [10]. Помимо эндокринного механизма гендерные различия в отношении заболеваемости обусловлены генетическими, а также внешними факторами (например, меньшим количеством потребляемого алкоголя) [11–13].

Отмечено, что у горожан гиперурикемия встречается чаще, чем у жителей сельской местности. Кроме того, существует связь между развитием патологии и питанием [14].

В Китае распространенность гиперурикемии достигает 6,4% среди лиц среднего и пожилого возраста (7,9% среди мужчин и 4,9% среди женщин) [15], в США – 21,2% среди мужчин и 21,6% среди женщин [16]. В Турции патология отмечается у 12,1% взрослого населения городов (у 19,0% мужчин и 5,8% женщин) [17], в Непале – у 21,42% [18]. Среди жителей Сейшельских островов таковых насчитывается 10,6% (18,4% мужчин и 7,8% женщин) [19]. На острове Ява гиперурикемия встречается у 24,3% населения сельской местности [20]. В Саудовской Аравии – значительно реже: в 8,84% случаев [21]. В Российской Федерации распространенность гиперурикемии достигает 16,8%, в том числе 25,3% среди мужчин и 11,3% среди женщин [22].

Риск развития гиперурикемии также зависит от этнической и расовой принадлежности. Например, в Новой Зеландии среди представителей маори гиперурикемия встречается чаще, чем среди проживающих на этой территории европейцев – 27,1% мужчин и 26,6% женщин против 9,4 и 10,5% лиц мужского и женского пола соответственно [23]. Среди коренной народности Тайваня аяталов распространенность патологии составляет 49,4%, среди неаборигенов – 27,4% [24].

Исходя из особенностей метаболизма, к причинам возникновения гиперурикемии следует отнести снижение экскреции и/или повышение продукции мочевой кислоты.

Среди факторов риска у лиц среднего и пожилого возраста указывают артериальную гипертензию, метаболический синдром, в том числе ожирение, длительный прием диуретиков и ацетилсалициловой кислоты [25, 26]. Так, снижение экскреции мочевой кислоты ассоциировано с инсулинорезистентностью, являющейся составной частью метаболического синдрома [27]. Продукция мочевой кислоты может повышаться вследствие стимуляции синтеза пуринов, спровоцированной гипертриглицеридемией [28, 29], а также злоупотребления алкоголем [30]. Кроме того, содержащийся в крепких напитках свинец снижает выведение уратов, что может обусловить развитие патологии [30]. Использование диуретиков в большинстве случаев для снижения артериального давления, а не для уменьшения объема циркулирующей крови при декомпенсированной сердечной недостаточности, когда их ведущая роль неоспорима, также способствует повышению распространенности гиперурикемии у лиц среднего и пожилого возраста [26, 31]. Еще в 1988 г. J. Тakala и соавт. установили, что среднее значение сывороточной концентрации мочевой кислоты у регулярно принимавших мочегонные препараты было достоверно выше [32]. Выдвинутое исследователями предположение о влиянии диуретиков на риск развития подагры получило подтверждение в последующих работах [33]. В частности, было доказано, что воздействие препаратов данной группы на уровень мочевой кислоты обусловлено как повышением реабсорбции, так и уменьшением секреции в почечных канальцах [34]. Нередко развитие гиперурикемии связывают с приемом низких доз аспирина (75–100 мг). Известно, что такая терапия нарушает выведение мочевой кислоты [35].

Безусловно, немаловажную роль в возникновении данного заболевания играет снижение функции почек – как врожденное, так и приобретенное. В последнем случае – вследствие артериальной гипертензии, мочекаменной болезни, приема нефротоксичных препаратов и т.д. [36, 37].

Роль в развитии хронических заболеваний

Подагра

Гиперурикемия является единственным облигатным фактором развития подагры, хотя риск возникновения последней сравнительно невелик. По данным разных авторов, он варьируется от 2 до 36% в течение пяти – десяти лет [38, 39]. Бессимптомное течение гиперурикемии на ранних стадиях более чем в 20% случаев ассоциируется с образованием кристаллов мочевой кислоты в разных органах и тканях [7]. Так, у пациентов, не страдавших подагрой, при оперативном вмешательстве кристаллы моноурата натрия были обнаружены в коронарных артериях, тканях предстательной железы [40]. Системный характер процесса отложения кристаллов моноурата натрия удалось выявить благодаря современным методам диагностики. Однако необходимо отметить, что чаще таковые формируются в суставах нижних конечностей [8].

Клинически подагра проявляется острым приступом воспаления сустава, возникающим внезапно, чаще в ночные и ранние утренние часы. Острый подагрический артрит, или подагрическая атака, сопровождается интенсивной болью, гиперемией, отеком и гипертермией в области сустава. В большинстве случаев с дебютом подагры ассоциируется воспаление первого плюснефалангового сустава, реже – других суставов нижних конечностей, значительно реже – суставов верхних конечностей. Последняя локализация более характерна для женщин, страдающих остеоартритом, и соответствует топике поражения суставов [41]. Отсутствие в течение длительного периода времени контроля уровня мочевой кислоты провоцирует хронизацию процесса, возникновение тофусов и функциональных нарушений суставов.

Хроническая болезнь почек

Гиперурикемия приводит к снижению функции почек и протеинурии [42, 43].

В исследовании с участием 170 000 пациентов была доказана связь между повышением уровня мочевой кислоты и риском развития терминальной почечной недостаточности [44]. Так, у пациентов с наиболее высокими значениями мочевой кислоты в сыворотке крови (6,0–14,9 мг/дл) риск достижения терминальной стадии хронической почечной недостаточности оказался в два раза выше, чем у больных с наименьшим уровнем мочевой кислоты (0,10–4,17 мг/дл). Скорректированный относительный риск (ОР) составил 2,14 при 95%-ном доверительном интервале (ДИ) 1,65–2,77.

В проспективном когортном исследовании с участием 14 939 корейцев в возрасте от 20 до 84 лет установлено, что при верхних квартилях уровня мочевой кислоты по сравнению с нижними квартилями риск развития хронической болезни почек увеличивается. Для мужчин ОР – 2,1 (95% ДИ 1,6–2,9), для женщин – 1,3 (95% ДИ 1,0–1,8). Необходимо отметить, что длительность наблюдения составила 10,2 года [45].

Артериальная гипертензия

Роль гиперурикемии в качестве предиктора артериальной гипертензии доказана достаточно давно [46, 47]. Нарушая внутрипочечную гемодинамику и выделение эндотелиальными клетками оксида азота, мочевая кислота провоцирует вазоконстрикцию и артериосклероз. Кроме того, она становится причиной увеличения жесткости сосудистой стенки [48–51].

Доказано, что на фоне гиперурикемии скорректированный ОР артериальной гипертензии составил 1,41 (95% ДИ 1,23–1,58) [52].

A.L. Gaffo и соавт. у 25-летних представителей обоего пола обнаружили значительную связь между повышением уровня мочевой кислоты в сыворотке крови и развитием артериальной гипертензии. Она прослеживалась даже при умеренной гиперурикемии – уровне мочевой кислоты менее 6,8 мг/дл (404 мкмоль/л) [53].

Сердечно-сосудистые заболевания

Мочевая кислота стимулирует выработку ангиотензина II, окислительный стресс и пролиферацию гладкомышечных клеток сосудов [54]. Таким образом она оказывает влияние на выраженность сердечной недостаточности [55] и риск смерти от сердечно-сосудистой патологии [56, 57].

Кроме того, у пациентов с подагрой доказана роль мочевой кислоты в ремоделировании клеток миокарда и развитии фибрилляции предсердий [58, 59].

Ожирение и метаболический синдром

Ассоциация гиперурикемии с ожирением в рамках метаболического синдрома обусловлена влиянием мочевой кислоты на развитие хронического субклинического воспаления в жировой ткани и резистентности к инсулину [60].

Связь между гиперурикемией и метаболическим синдромом, в частности с его классическими компонентами – абдоминальным ожирением, гипертриглицеридемией, гипергликемией и артериальной гипертензией, доказана не только у лиц подросткового возраста [61], но и у лиц пожилого возраста. Согласно результатам когортного исследования, проведенного A.F. Cicero и соавт., у пациентов старше 60 лет уровень мочевой кислоты коррелировал с основными компонентами метаболического синдрома. Кроме того, он служил предиктором последнего. У женщин при пороговых значениях мочевой кислоты в сыворотке крови (среднепопуляционные значения) более 4,8 мг/дл, или 286 мкмоль/л, отношение шансов развития метаболического синдрома составило 2,12 (95% ДИ 1,55–2,90). У мужчин при значениях мочевой кислоты более 5,6 мг/дл, или 333 мкмоль/л, – 2,59 (95% ДИ 1,58–4,24) [61].

В здоровой популяции повышенный уровень мочевой кислоты ассоциируется с потенциальным риском развития указанных состояний. T. da Silva Ferreira и соавт. на примере 149 здоровых жителей Бразилии в возрасте 20–55 лет доказали, что повышенный уровень мочевой кислоты в сыворотке крови следует рассматривать в качестве критерия неблагоприятного метаболического фенотипа, развития окислительного стресса и нарушения функции эндотелия [62].

L. Pacifico и соавт. выявили корреляцию между значениями мочевой кислоты и атеросклерозом сонных артерий у детей, страдающих ожирением. Толщина комплекса «интима – медиа» каротидных артерий значительно увеличивалась при четвертом квартиле уровня мочевой кислоты по сравнению с первым, вторым и третьим квартилями – 0,61 (95% ДИ 0,58–0,64) против 0,49 (0,46–0,53), 0,53 (0,49–0,56) и 0,55 (0,52–0,59) соответственно, p

Подагра и синдром инсулинорезистентности

Согласно рекомендациям ВОЗ, качество жизни (КЖ) определяется как индивидуальное соотношение положения индивидуума в жизни общества с целями данного индивидуума, его планами, возможностями и степенью неустройства [1]. Исследование качества жизни, связанного со здоровьем, может служить эффективным методом оценки состояния больного до, в ходе и после лечения.

Читайте также  Возможности применения Фосфалюгеля в терапии кислотозависимых заболеваний

Подагра — это заболевание, в основе которого лежит нарушение пуринового метаболизма, приводящее к гиперурикемии (ГУ) и, как следствие, к развитию суставного синдрома [2].

Подагра, как правило, протекает на фоне целого ряда различных патологических состояний, таких как артериальная гипертензия, сахарный диабет 2 типа, ишемическая болезнь сердца, почечная недостаточность, метаболический синдром [3; 4].

Подагрический артрит в некотором роде характеризуется выраженным болевым синдромом, яркими признаками воспаления, что приводит к нарушению функции суставов и отрицательно влияет на качество жизни. Также снижению показателей качества жизни способствует увеличение индекса массы тела у пациентов с абдоминальным ожирением и наличием различных компонентов метаболического синдрома. Увеличение длительности существования от­дельных компонентов метаболического синдрома и их прогрессирование приводит к снижению таких показателей, как физическая активность, эмоциональное состоя­ние, общее и психологическое здоровье [5]. Возможно, к более выраженному снижению качества жизни будет приводить сочетание суставной патологии и метаболического синдрома.

Цель исследования. Установить влияние метаболического синдрома на качество жизни больных подагрическим артритом.

Материалы и методы. В исследование было включено 60 больных с достоверным подагрическим артритом (рекомендации ACR/EULAR, 2015 г.): 1-я группа — 40 человек с подагрой без признаков метаболического синдрома, во 2-ю группу включены больные с подагрическим артритом, имеющие признаки метаболического синдрома (75% — женщин, 25% — мужчин). В 1-й группе женщины составили 57,5% и 42,5% мужчин, средний возраст больных составил 52 года. Средняя продолжительность заболевания составила 8,2±3,5 года. Семейный анамнез прослеживался у 25 больных.

Оценку КЖ проводились по опроснику Medical Outcomes Study Short Form (SF-36), который включает 36 вопросов, отражающих 8 концепций (шкал) здоровья. В целом вопросы опросника формируют два компонента здоровья: физический и психологический. Физический компонент здоровья (ФКЗ) включает первые 4 шкалы: физическое функционирование (ФФ), ролевое физическое функционирование (РФФ), интенсивность боли (Б) и общее здоровье (ОЗ). Психологический компонент здоровья (ПКЗ) объединяет следующие 4 шкалы: жизнеспособность (Ж), социальное функционирование (СФ), ролевое эмоциональное функционирование (РЭФ) и психическое здоровье (ПЗ). Показатели по каждой категории КЖ оценивались по 100-балльной шкале.

Для оценки функционального статуса использовали опросник HAQ (Health Assessment Questionnaire). HAQ состоит из 20 вопросов, отражающих активность пациента в повседневной жизни.

Всем пациентам производилось измерение окружности талии, бедер, производился расчет индекса массы тела (ИМТ), проводился забор крови для биохимического анализа, ежедневно утром проводилось измерение артериального давления методом Короткого, производился расчет индекса HOMA. Было проведено ультразвуковое исследование органов брюшной полости.

Статистический анализ данных выполнялся с помощью программы пакетов STATISTICA 6.0. Выборочные характеристики выражались как среднее (М). Достоверными считались гипотезы при р≤0,05.

Результаты и обсуждения. Все больные находились на лечении в больнице ГУЗ «ГКБ СМП№ 25». Дебют подагрического артрита в среднем наблюдался в 35,6±10 лет. У 20 (66,7%) больных диагностирована тофусная форма, 10 (33,3%) — не имели тофусов. На момент первичного осмотра гипоурикемичекскую терапию — аллопуринол получали 42 (70%) больных в дозе 50-300 мг в сутки.

У больных с изолированной подагрой объем талии у мужчин — 86 (94.0-100.0) см, у женщин — 86.5 (83.0-90.0) см. Во 2-й группе средний объем талии у мужчин составил 98 см (95.0-102.0 см), у женщин — 88 см (86.0-90.0см). В 1-й группе ожирение I степени имели 10(25%) больных, ожирение II ст. — 8 (20%) больных, у 2 (5%) больных диагностировано ожирение III ст., 20 (50%) больных имели избыточную массу тела; во 2-й группе: избыточную массу тела имели 25% (5 больных), ожирение I ст. имели 35% (7 больных), ожирение II ст. — 25% (5 больных), ожирение III ст. — 15% (3 больных).

Масса тела у пациентов 2-й группы составила 96.0 (85.5-109.0) кг; в группе пациентов, не имеющих признаков метаболического синдрома — 90.0 (84.5-94.0) кг. В 1-й группе индекс массы тела колебался от 28.0 до 34.25 кг/м2, во 2-й группе 29.05-49.39 кг/м2.

Среди критериев метаболического синдрома, кроме абдоминального ожирения, во 2-й группе наиболее часто встречались: артериальная гипертензия, гипертриглицеридемия, нарушение углеводного обмена.

Уровень мочевой кислоты в сыворотке крови пациентов 1-й группы варьировал от 237.0 до 534.8 мкмоль/л, во второй группе: 397.8- 660.5 мкмоль/л

Средний уровень гликемии натощак в 1-й группе: 4.8±2.5 ммоль/л, у больных с признаками метаболического синдрома 8.0+2.0 ммоль/л. Сахарный диабет 2 типа имели 15 пациентов, у 35 отмечалось нарушение толерантности к глюкозе (НТГ), нарушение гликемии натощак имели 10 пациентов (рис. 1). Средний уровень гликозилированного гемоглобина составил — 7.0+1.5%.

Средний показатель индекса HOMA в первой группе — 0.49, во 2-й — 22.0. Средний уровень инсулина в сыворотке крови больных 1-й группы — 2.2 мМЕ/л, 2-й группы — 7.9 мМЕ/л.

Рис. 1. Распределение больных с нарушением углеводного обмена

Средний уровень аланиновой трансаминазы у больных с метаболическим синдромом составил 60.5±4 Ед/л, аспарагиновой аминотрансаминазы — 55.0±2 Ед/л. Признаки стеатоза имели 12 (60%) больных, стеатогепатит 8 (30%) больных.

В ходе проведенного наблюдения выявлено поражение органов мишеней. Небольшое повышение сывороточного креатинина (115-130 мкмоль/л) имели: в 1-й группе 10 (25%) больных, во второй — 9 (45%) больных; у 5 с изолированной подагрой (12.5%) и 6 (30) больных с признаками метаболического синдрома выявлена микроальбуминурия.

Проведенное исследование выявило незначительное снижение скорости клубочковой фильтрации (СКФ) по формуле CKD-EPI в 1-й группе — 75.9 мл/мин/1.73 м2, во 2-й группе умеренное снижение СКФ — 57.22 мл/мин/1.73 м2.

Хроническая болезнь почек (ХБП) I стадии — 10 человек, II стадии — 20 человек, III стадии — 26 человек, IV стадии — 4 человека (рис. 2).

Средний уровень артериального давления в 1-й группе 125±10/80±5 мм рт. ст., у больных во 2-й группе — 150+10/85+5 мм рт. ст. В 1-й группе артериальную гипертензию I степени имели 24 (60%) пациента, артериальную гипертензию II степени диагностировали у 10 больных, изолированную артериальную гипертензию имели 6 (15%) человек.

Рис. 3. Распределение больных в зависимости от степени артериальной гипертензии

У больных подагрой с признаками метаболического синдрома артериальную гипертензию (АГ) первой степени тяжести (мягкой) имели 3 (15%) пациента, 13 (65%) — артериальную гипертензию умеренной степени тяжести. Изолированная артериальная гипертензия выявлена у 4 больных (рис. 3).

Таким образом, у всех больных подагрой отмечалось повышение ИМТ больше нормы, отмечались признаки абдоминального ожирения, у 50% — выявлялась артериальная гипертензия, у одной трети пациентов — повышение уровня креатинина, что говорит о выраженных изменениях при подагре не только пуринового метаболизма, но и других видов обмена, поражении органов-мишеней. Присоединение к клинической картине подагры проявлений МС приводило к еще более значимым нарушениям, способствующим в итоге к снижению качества жизни больных.

По данным литературы (V.Strand и соавт.) [6], изменение КЖ при подагрическом артрите соизмеримо с таковыми при других ревматических заболеваниях, таких как ревматоидный артрит (РА) и системная красная волчанка (СКВ). Выраженные изменения качества жизни у больных РА связаны, прежде всего, с активностью [7], при ОА — с прогрессированием рентгенологических изменений [8], при СКВ — с тяжестью висцеральных проявлений. Мы изучали влияние на КЖ как клинических проявлений подагрического артрита, так и коморбидных заболеваний, поскольку ведущая причина снижения КЖ для подагры пока мало изучена.

В большей степени со снижением индекса физического здоровья коррелировало наличие сопутствующих заболеваний (болезни почек, СД, ИБС и ХСН), чем клинические проявления подагры [9].

Наличие боли и метаболического синдрома негативно отразились на всех параметрах качества жизни больных (табл. 1).

Гиперурикемия: взгляд кардиолога

Я.А. Орлова,
д.м.н., заведующая отделом возраст-ассоциированных заболеваний Медицинского научно-образовательного центра ФГБОУ ВО МГУ им. М.В. Ломоносова

Мочевая кислота была впервые идентифицирована почти двести лет назад, несмотря на это, некоторые патофизиологические аспекты повышения ее уровня в плазме крови до сих пор не совсем понятны. В течение многих лет гиперурикемия ассоциировалась с риском развития подагры и нефролитиаза, теперь же мочевая кислота является предметом пристального изучения как маркер ряда метаболических и гемодинамических нарушений.

По данным эпидемиологических исследований, распространенность гиперурикемии в популяции очень высока – почти 17% взрослого населения России имеют повышенный уровень мочевой кислоты (МК): более 400 мкмоль/л, приблизительно 7 мг/дл – для мужчин, более 360 мкмоль/л, приблизительно 6 мг/дл – для женщин. Люди вообще имеют более высокий уровень МК, чем большинство млекопитающих, из-за дефицита печеночного фермента уриказы и более низкого фракционного выделения МК. Приблизительно две трети общего количества уратов в организме вырабатывается эндогенно, а оставшаяся треть приходится на пурины, поступающие в организм с пищей. Приблизительно 70% вырабатываемых уратов постоянно выводятся почками, а остальные – кишечником. Однако при почечной недостаточности вклад кишечной экскреции уратов увеличивается, чтобы компенсировать снижение их выведения почками. Уровень МК в крови является отражением баланса между расщеплением пуринов и скоростью их выведения из организма. Теоретически, любые изменения в этом балансе могут быть причиной повышения сывороточного уровня МК, но на практике именно нарушение выведения уратов является причиной большинства случаев гиперурикемии.

Увеличение уровня МК в плазме крови прогрессивно повышает риск развития подагры. Однако абсолютный риск не так уж велик. Согласно большим проспективным исследованиям, в течение 15 лет клинически выраженная подагра развилась только у 49% пациентов даже с высоким уровнем гиперурикемии (10 мг/дл и выше). Эти наблюдения указывают на наличие дополнительных факторов в патогенезе подагры; это могут быть ингибиторы или активаторы образования кристаллов уратов в присутствии их повышенных концентраций в тканях, генетические факторы и факторы окружающей среды, которые определяют воспалительный ответ на осажденные уратные кристаллы.

Связь гиперурикемии с риском развития нефролитиаза еще менее линейна. Даже у больных подагрой только в 20–25% случаев имеет место мочекислый уролитиаз. В этом случае очевидно, что на риск развития мочекаменной болезни влияет не только гиперпродукция эндогенной МК и дефект ее почечной экскреции, но и кислотность мочи, а, вероятно, и другие ее характеристики.

Первая публикация о том, что уровень МК в плазме крови может быть связан с сердечно-сосудистыми заболеваниями (ССЗ), появилась в Британском медицинском журнале в 1886 г. К середине XX века было показано, что у пациентов с ишемической болезнью сердца значительно повышен уровень МК по сравнению с группой контроля, сопоставимой по возрасту и полу. Последующие эпидемиологические исследования, включившие в общей сложности около 100 тыс. пациентов, подтвердили роль МК как фактора риска ССЗ. Описано несколько потенциальных механизмов, благодаря которым гиперурикемия может играть роль в патогенезе сердечно-сосудистых событий, но ни один из них пока не имеет надежных доказательств.

Очевидно, что повышенный уровень МК усиливает оксигенацию липопротеидов низкой плотности и связан с увеличенной продукцией свободных кислородных радикалов, что может играть роль в прогрессировании атеросклероза. МК может оказывать влияние на процессы адгезии и агрегации тромбоцитов. Это породило гипотезу о том, что гиперурикемия повышает риск коронарного тромбоза у пациентов с уже имеющимися коронарными заболеваниями. Предполагают, что повышение уровня МК отражает повреждение эндотелия. Эндотелиальная дисфункция, проявляющаяся снижением эндотелийзависимой сосудистой релаксации в результате действия оксида азота, обычна для пациентов с сахарным диабетом и артериальной гипертензией и играет роль в развитии атеросклероза и эректильной дисфункции. Во многих исследованиях обнаружено, что уровень МК связан с гиперлипидемией, ­ в особенности с гипертриглицеридемией. Более сильная связь была выявлена именно с триглицеридами, а не с холестерином, что привело к предположению, о патогенетических механизмах, связывающих гиперурикемию с нарушением углеводного обмена. Гиперинсулинемия, как следствие инсулинорезистентности, может снижать почечную экскрецию МК независимо от клиренса креатинина. Вероятно инсулин, увеличивая канальцевую реабсорбцию натрия, способствует увеличению реабсорбции МК. Длительное время считалось, что гиперурикемия является результатом резистентности к инсулину, а не предшествует ей. В настоящее время на животных моделях показано, что МК сама увеличивает толерантность к инсулину путем ингибирования биодоступности оксида азота, снижая тем самым инсулин-стимулированное усвоение глюкозы. Кроме того, МК может способствовать увеличению риска сахарного диабета прямым цитотоксическим действием на β-клетки поджелудочной железы через аллоксаноподобные производные.

Описывая патогенетические связи гиперурикемии и ССЗ, нельзя обойти почечные механизмы. Повышенный уровень МК, очевидно ассоциирован с почечной сосудистой резистентностью и имеет обратную зависимость от почечного кровотока. Он коррелирует с экскрецией альбуминов с мочой, которые являются предвестниками развития нефросклероза, а нарушение почечной гемодинамики предшествует нарушению метаболизма МК у пациентов с нефропатией.

Читайте также  Радикулит чем лечить

Таким образом, в настоящее время, несмотря на отсутствие полного понимания причинно-следственных связей, не остается сомнений, что гиперурикемия ассоциирована с повышенными рисками возникновения ССЗ. В Европейских рекомендациях по диагностике и лечению артериальной гипертензии 2018 г. и в Российских рекомендациях, опубликованных на сайте Минздрава в феврале 2020 г., повышение уровня МК (360 мкмоль/л и более у женщин, 420 мкмоль/л и более у мужчин) официально отнесено к факторам сердечно-сосудистого риска. Однако указаний на необходимость использования специфических препаратов для лечения бессимптомной гиперурикемии в Рекомендациях нет. Это связано с отсутствием рандомизированных клинических исследований, подтверждающих пользу терапии. Такой подход полностью согласуется с актуальной позицией других медицинских сообществ. На основании того, что у большинства пациентов с бессимптомной гиперурикемией никогда не развиваются подагра или мочекаменная болезнь, специфическое фармакологическое лечение бессимптомной гиперурикемии не считается полезным или экономически эффективным и, как правило, не рекомендуется. Кроме того, данные последних лет дают основание предполагать, что некоторые из вполне эффективных препаратов для лечения пациентов с гиперурикемией при подагре несут в себе определенный риск. Результаты проспективного исследования CARES, сравнивающего влияние фебуксостата и аллопуринола на ССЗ и их осложнения, показали отсутствие различий по риску развития новых ССЗ между двумя этими группами пациентов, однако сердечно-сосудистая смертность и смертность от всех причин были достоверно ниже в группе пациентов, получавших лечение аллопуринолом. Важно сказать, что исследование имело существенные ограничения, в частности неоднородность при анализе смертности наблюдалась в двух подгруппах у пациентов с сопутствующим приемом аспирина или нестероидных противовоспалительных средств. Кроме того, в отсутствие группы плацебо невозможно с уверенностью определить, представляет ли бóльшая частота сердечно-сосудистой смертности и смертности от всех причин в группе пациентов, получавших фебуксостат, фактическое увеличение подобных событий или, возможно, менее значительное снижение риска их возникновения по сравнению с пациентами, получавшим аллопуринол.

Тем не менее в настоящее время именно аллопуринол считается препаратом выбора для лечения пациентов с ССЗ и гиперурикемией, несмотря на то что результаты исследований с ним достаточно противоречивы. Некоторые из них показывают, что аллопуринол достоверно снижает частоту ССЗ и их осложнений; другие не находят никакой пользы. Неоднородность в дизайне и ограничения, присущие ретроспективным исследованиям, также способствуют этой путанице. Важным прорывом в этом направлении смогут стать результаты продолжающегося проспективного рандомизированного исследования ALL-HEART, в котором изучается влияние аллопуринола на неблагоприятные сердечно-сосудистые исходы у пациентов с установленной ишемической болезнью сердца и бессимптомной гиперурикемией.

Данные о влиянии других препаратов, снижающих уровень МК, на риски возникновения ССЗ и их осложнений крайне ограничены. В одном когортном исследовании Medicare пациенты, принимающие пробенецид, на 20% реже страдали инфарктом миокарда или инсультом, чем пациенты, принимающие аллопуринол. Однако этот результат может отражать базовые различия между группами пациентов – в исследовании отсутствовали важные сравнительные данные, в частности уровни МК до лечения. Кроме того, пациенты, получавшие пробенецид, реже страдали хронической болезнью почек, что также могло повлиять на сердечно-сосудистые исходы.

Однако в настоящее время пациентам с бессимптомной гиперурикемией можно рекомендовать не только изменение образа жизни: коррекцию рациона питания, снижение потребления алкоголя и физические упражнения, которые могут снизить уровень МК. Целый ряд лекарственных препаратов, применяемых в терапевтической практике, показал положительные результаты при гиперурикемии.

Наиболее часто в этом контексте обсуждаются свойства лозартана, блокатора ангиотензиновых рецепторов, широко применяемого при лечении больных артериальной гипертензией и сердечной недостаточностью. Этот препарат достаточно уникален, т.к. вместе со своим неактивным предшественником имеет способность блокировать реабсорбцию секретированной МК в проксимальном канальце почки, значительно снижая уровень МК в плазме крови. Он обладает небольшим моделирующим антиатеросклеротическим действием, улучшает когнитивные функции, позитивно влияет на эректильную функцию. Однако эти свойства в отличие от урикозурического эффекта присущи и другим представителям класса сартанов. По данным некоторых авторов, благоприятное влияние на уровень МК могут оказывать блокаторы кальциевых каналов, в частности исрадипин. В январе 2020 г. опубликованы данные, показавшие, что ингибиторы натриево-глюкозного котранспортера-2 (SGLT-2) могут снизить риск развития подагры у взрослых с сахарным диабетом 2 типа. Глюкозурия, вызываемая этими препаратами, приводит к секреции МК в мочу и снижению уровня МКв сыворотке крови, но ранее связь с подагрой не была показана. В этом новом исследовании наблюдалось снижение относительного риска подагры на 36% среди взрослых, которым назначали ингибиторы SGLT-2, по сравнению с теми, кто получал агонисты рецептора глюкагоноподобного пептида-1 (GLP-1), не влияющие на уровень МК. Полученные результаты показывают, что ингибиторы SGLT-2 могут стать эффективным средством для профилактики подагры у пациентов с сахарным диабетом или нарушениями углеводного обмена. Эффекты лекарств этого класса в снижении сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности были ранее продемонстрированы в ряде исследований, однако вклад их урикозурического действия отдельно не изучался.

Таким образом, несколько основных аспектов, связанных с гиперурикемией, являются в настоящее время предметом активного изучения. Во-первых, это дальнейшее исследование роли МК в патогенезе развития ССЗ и нарушений углеводного обмена с выявлением направленности биологических связей. Во-вторых, оценка эффективности и безопасности снижения уровня уратов для модификации рисков ССЗ. Этот вопрос наиболее актуален, когда речь идет о пациентах с бессимптомной гиперурикемией и высоким риском ССЗ. До получения надежных доказательств решение о выборе тактики лекарственного лечения пациентов с ССЗ и гиперурикемией должны приниматься полидисциплинарной врачебной командой.

Подагра: причины, симптомы, диагностика, лечение

Подагра – системное заболевание, характеризующееся нарушением обмена пуринов в организме и отложением кристаллов урата в суставах. Основным проявлением расстройства считаются повторяющиеся приступы артрита с интенсивной болью в суставах и возникновением тофусов – подагрических узелков. Также при этом заболевании возможно накопление солей в почках с развитием мочекаменной болезни и почечной недостаточности.

Распространенность заболевания среди взрослого населения в Европе составляет от 0,9 до 2,5%, а в США достигает 3,9%. Наиболее часто подагру выявляют у мужчин старше 40 лет. Среди женщин патология встречается в 6-7 раз реже.

Причины подагры

Подагра также известна как «болезнь пирующих королей». Такое название она получила из-за того, что основным источником ее возникновения считалась неумеренность в еде и спиртных напитках.

Теперь же заболевание изучено более подробно и выделены следующие факторы, предрасполагающие к развитию патологии:

  • употребление пищи, богатой пуринами – мяса, жирной рыбы, бобовых, кофеинсодержащих продуктов, субпродуктов (почки, печень, мозг), морепродуктов, а также спиртного в больших количествах;
  • употребление газированных, сладких напитков и фруктовых соков;
  • ожирение;
  • гемолитическая анемия, лейкоз, лимфома;
  • генетические дефекты (как правило, у мужчин) и снижение ферментов, участвующих в метаболизме мочевой кислоты;
  • применение лекарственных средств, таких как мочегонные препараты, цитостатики, салицилаты.

У женщин подагра развивается обычно в постменопаузу, поэтому прослеживается связь заболевания также и с гормональными изменениями в организме.

Симптомы подагры

Первым клиническим проявлениям патологии может предшествовать длительный бессимптомный период гиперурикемии, когда нарушения выявляются лишь при лабораторном исследовании крови.

Первые приступы боли возникают внезапно, преимущественно ранним утром или ночью, склонны нарастать в первый день и полностью проходят за несколько часов или в течение суток. Во время обострения подагры могут также присутствовать признаки интоксикации – повышение температуры тела, озноб, слабость. После стихания воспаления подагрический артрит возникает вновь, как правило, в срок от полугода до двух лет. По мере прогрессирования заболевания продолжительность периодов его бессимптомного течения сокращается, суставные боли возникают все чаще и переносятся тяжелее.

При переходе в хроническую форму подагрический артрит сопровождается деформацией и ограничением движений в суставах, боль разной интенсивности приобретает постоянный характер. В дальнейшем отложения кристаллов мочевой кислоты становятся видимыми. Под кожей, чаще в области суставов, появляются тофусы – узелки белого или желтого цвета с крошковидным, творожистым содержимым. Над ними возможно образование язв, гнойных ран.

Гиперурикемия сопровождается частыми обострениями сопутствующих заболеваний – ишемической болезни, сахарного диабета, артериальной гипертензии, атеросклероза. В случае развития осложнений подагры присоединяются свойственные им симптомы. Для мочекаменной болезни это тянущая боль в пояснице, периодическое появление крови в моче, учащенное мочеиспускание в ночное время. При продолжительном течении хронической тофусной подагры суставной хрящ разрушается, ограничение подвижности сустава сохраняется вне периодов обострения, возможно полное заращение суставной щели с формированием анкилоза (полной неподвижности сустава). Последствием постоянного болевого синдрома может быть также депрессия.

Диагностика подагры

В случае подозрения на подагру проводятся следующие анализы:

  • Клинический анализ крови. Во время атаки подагрического артрита возможны ускорение СОЕ, увеличение количества лейкоцитов и сдвиг лейкоцитарной формулы влево.
  • Определение уратов в сыворотке крови. Около 70% пациентов при обострении подагры имеют высокий уровень мочевой кислоты – более 0,42 ммоль/л у мужчин и 0,36 ммоль/л у женщин.
  • Определение мочевой кислоты в суточной моче. Метод используют для оценки риска образования почечных камней.
  • Общий анализ мочи. Проводится с целью диагностики заболеваний мочевыделительной системы, способствующих развитию подагры или являющихся ее осложнением.
  • Исследование синовиальной жидкости. Забор биоматериала для анализа осуществляется с помощью пункции пораженного сустава. Наличие кристаллов моноурата натрия в суставной жидкости позволяет подтвердить подагру, а ее стерильность при бакпосеве исключить инфекционные причины артрита.
  • Микроскопическое исследование биоптата из тофусов. Ураты при осмотре через поляризационный микроскоп выглядят как кристаллы иглообразной формы с заостренным концом. Этот метод также высокоспецифичен в диагностике подагры, как и предыдущий.

Инструментальная диагностика подагры может включать такие методы исследования, как:

  • УЗИ пораженных суставов;
  • МРТ и КТ;
  • рентгендиагностика.

Рентгенография в начале заболевания проводится с целью дифференциальной диагностики с другими артропатиями, специфические же признаки подагры при этом отсутствуют. Только при переходе патологии в хроническую форму на снимках можно увидеть внутрикостные тофусы, краевые эрозии костей.

Ультразвуковое исследование суставов до развития хронической подагры результативно только во время обострений.

МРТ позволяет обнаружить тофусы внутри суставов еще до их появления под кожей, благодаря чему удается раньше начать специфическую терапию гиперурикемии. Метод применяется в дифференциальной диагностике с другими заболеваниями, а также для контроля эффективности лечения. КТ в сравнении с прочими способами визуализации позволяет более точно дифференцировать тофусные массы.

Лечение подагры

Диета при подагре предполагает исключение продуктов, богатых пуринами или задерживающих их в организме:

  • сладких газированных напитков;
  • морепродуктов;
  • мяса;
  • пряной, острой и копченой пищи;
  • шоколада, мороженого;
  • соленых сыров;
  • кофеина, какао, крепкого чая;
  • алкоголя.

Эндогенные пурины повышаются при употреблении большого количества белка животного происхождения, поэтому его суточной нормой для больного подагрой считается не более 1,5 г на 1 кг веса тела пациента. Молочные же продукты с невысокой жирностью, такие как кефир, творог, простокваша, способствуют выведению мочевой кислоты из организма. Сходным действием обладают полиненасыщенные жирные кислоты, например, в составе оливкового масла. Также при подагре необходимо соблюдать питьевой режим – не менее 2,5 литров воды в сутки.

Медикаментозное лечение подагры желательно начинать в первые сутки возникновения острого артрита. Для купирования приступа местно или системно используют нестероидные противовоспалительные средства, колхицин и глюкокортикостероидные препараты. Гипоурикемическая терапия назначается после лабораторного и инструментального подтверждения диагноза. Она направлена на:

  • снижение мочевой кислоты до целевого уровня – 0,36 ммоль/л;
  • уменьшение очагов накопления уратов в организме;
  • снижение размеров тофусов;
  • сокращение частоты приступов подагрического артрита.

Препаратом выбора для этого считается Аллопуринол. При его непереносимости возможно применение селективного ингибитора ксантиноксидазы – фебуксостата. Умеренное урикозурическое действие оказывают также Лозартан, Амлодипин и Фенофибрат. Диуретики используются с большой осторожностью, только по жизненным показаниям. Хирургическое удаление тофусов проводится лишь при появлении тяжелых осложнений, например, туннельного синдрома, спинномозговой компрессии.