Синдром Мюнхгаузена через представителя

Синдром Мюнхгаузена

Синдром Мюнхгаузена – психическое расстройство пограничного уровня, проявляющееся в упорной симуляции различных заболеваний. Целью симуляции являются не материальные выгоды, а внимание со стороны окружающих. Больные с синдромом Мюнхгаузена лгут врачам, принимают ненужные лекарства, искусственно вызывают рвоту, наносят себе повреждения и т. д. Диагностика расстройства представляет большие затруднения, поскольку пациенты все время обращаются к разным врачам, скрывают историю болезни и упорно отрицают симуляцию. Лечение синдрома Мюнхгаузена также затруднено, больные обычно категорически отказываются от психиатрической помощи. Как правило, помощь ограничивается ранним выявлением симуляции, отказом от ненужных процедур и операций.

  • Причины синдрома Мюнхгаузена
  • Симптомы синдрома Мюнхгаузена
  • Синдром Мюнхгаузена через представителя
  • Диагностика и лечение синдрома Мюнхгаузена
  • Цены на лечение

Общие сведения

Синдром Мюнхгаузена – пограничное психическое расстройство, одна из разновидностей истерии. Проявляется упорной симуляцией различных заболеваний. Впервые было описано в 1951 году британским эндокринологом и гематологом Ричардом Ашером. Свое название синдром Мюнхгаузена получил по имени легендарного барона Мюнхгаузена, известного своей способностью придумывать невероятные истории. Какое-то время название использовалось для обозначения всех симулятивных расстройств, однако в последующем его толкование стало более узким. Сейчас синдромом Мюнхгаузена называют только крайнюю форму симуляции, при которой имитация болезни становится главным в жизни пациента.

В течение жизни больные обращаются к множеству разных врачей. Зафиксирован случай, когда пациентка с синдромом Мюнхгаузена перенесла около 40 ненужных полостных операций и около 500 раз находилась на стационарном лечении в различных клиниках. Раньше считалось, что синдром Мюнхгаузена чаще развивается у мужчин, однако в настоящее время психиатры полагают, что чаще болеют женщины. Предположительно, больные с синдромом Мюнхгаузена составляют 0,8-9% от общего количества пациентов, обращающихся за помощью в медицинские учреждения. Лечение данной патологии осуществляют специалисты в области психиатрии.

Причины синдрома Мюнхгаузена

Причиной развития синдрома Мюнхгаузена является потребность в заботе и внимании, которую больной не может удовлетворить другими способами. Психиатры считают, что многие пациенты с синдромом Мюнхгаузена выросли в неполных семьях, где один родитель не имел резервов и возможностей для удовлетворения потребностей малыша в ощущении близости и защищенности. Некоторые больные имели и отца, и мать, но росли в атмосфере холодности, отвержения и невнимания к эмоциональным нуждам ребенка.

Толчком к возникновению синдрома Мюнхгаузена, по мнению специалистов, служит тяжелая болезнь, которую пациенты перенесли в детском возрасте. Когда ребенок заболел, отношение родителей резко изменилось. Малыш получил недостающее ощущение заботы и защищенности, почувствовал свою нужность и важность для окружающих, оказавшись в центре внимания родителей и медицинского персонала. Это способствовало формированию патологического паттерна мышления и поведения: «для того, чтобы ощутить заботу, почувствовать себя важным и нужным, нужно заболеть».

Характерными чертами больных с синдромом Мюнхгаузена являются неустойчивая самооценка, эгоцентризм, эмоциональная незрелость, склонность к фантазированию, проблемы с идентичностью и импульсивное поведение. Перечисленные черты не позволяют пациенту с синдромом Мюнхгаузена создавать глубокую устойчивую близость. Отношения с близкими людьми (членами родительской семьи, партнером, детьми) либо разрушаются, либо не приносят внутреннего удовлетворения. Изголодавшись по заботе и близости, больные с синдромом Мюнхгаузена начинают использовать альтернативный, «принудительный» путь удовлетворения собственной потребности, симулируя то или иное заболевание.

Еще одной причиной симуляции становится потребность повысить самооценку путем обращения к известным специалистам. Если врачи диагностируют заболевание и начинают лечить пациента с синдромом Мюнхгаузена – это становится поводом для гордости, «меня лечит не кто-нибудь, а лучшие». Если специалисты признают пациента здоровым – у него появляется повод порицать медиков за недостаток профессионализма, подчеркивать уникальность, сложность диагностики и лечения своего заболевания. В том и в другом случае больной с синдромом Мюнхгаузена представляет себя героической личностью с тяжелой судьбой и человеком, искушенным в вопросах медицины.

Пациенты с синдромом Мюнхгаузена тщательно изучают специальную медицинскую литературу. Им хорошо известна симптоматика и особенности течения симулируемого заболевания, поэтому они, в отличие от больных с другими истерическими расстройствами, очень точно воссоздают клиническую картину болезни. Коэффициент интеллекта в норме. Иногда больные с синдромом Мюнхгаузена имеют хорошее образование, но из-за психологической незрелости, неадаптивного поведения и склонности пребывать в мире фантазий не могут занять достойное социальное положение. Некоторые пациенты бродяжничают.

Симптомы синдрома Мюнхгаузена

Больные могут симулировать любое соматическое, реже психическое заболевание. Выбор заболевания определяется информированностью пациента относительно клинических проявлений того или иного патологического состояния, возможностями симуляции объективных симптомов (например, наличием антикоагулянтов для провокации кровотечения или слабительных для вызывания диареи) и доступностью врачей того или иного профиля.

В исследованиях, посвященных синдрому Мюнхгаузена, превалируют описания симуляции лихорадки неясной этиологии, кровохарканья, рвоты и диареи, однако психиатры отмечают, что в настоящее время из-за увеличения количества специалистов узкого профиля перечень симулируемых заболеваний расширился. Например, если недалеко от больного с синдромом Мюнхгаузена находится кабинет дерматолога – больной может симулировать симптомы кожного заболевания, если пациент может легко попасть на прием к кардиологу – у него появляются симптомы инфаркта миокарда и т. д.

Многие больные с синдромом Мюнхгаузена многократно симулируют неотложные состояния, например, прободение язвы желудка и другие подобные проблемы, требующие срочного хирургического вмешательства. На теле пациентов с синдромом Мюнхгаузена можно обнаружить большое количество шрамов. У некоторых ампутирован палец либо конечность. При наличии внешних свидетельств многократных обращений в медицинские учреждения больные скрывают анамнез и стараются не упоминать конкретных врачей, чтобы избежать разоблачения.

Нередко больные с синдромом Мюнхгаузена обращаются к врачу в конце смены или вызывают скорую помощь в ночное время. Одни пациенты стараются выбирать молодых неопытных специалистов – такое поведение позволяет снизить риск разоблачения (неопытный или уставший врач может не обратить внимания на несоответствия в рассказе больного или неправильно трактовать симптомы, приняв симуляцию за реальную картину болезни). Другие, напротив, приходят на прием к «светилам медицины», чтобы снискать репутацию больных с невероятно сложным случаем. При возникновении подозрений и те, и другие категорически отрицают симуляцию. Возможны проявления агрессии.

Синдром Мюнхгаузена через представителя

Синдром Мюнхгаузена через представителя или делегированный синдром Мюнхгаузена – разновидность психического расстройства, при котором пациенты симулируют болезнь не у себя, а у другого человека. В качестве представителя обычно выступают дети младшего возраста, реже – старики и инвалиды. Во всех случаях жертвой становится человек, неспособный рассказать окружающим о действиях пациента. Делегированный синдром Мюнхгаузена чаще наблюдается у матерей. Реже данным расстройством страдают жены инвалидов, медсестры педиатрических отделений и сиделки, ухаживающие за инвалидами в специализированных учреждениях.

Обычно больные делегированным синдромом Мюнхгаузена симулируют кровотечения, рвоту, диарею, инфекционные заболевания, лихорадку, удушье, аллергию, отравления и синдром внезапной детской смерти. Для появления соответствующих симптомов пациенты с синдромом Мюнхгаузена используют различные приемы: дают жертве ненужные медикаменты или не дают необходимые, превышают дозу лекарственного препарата, препятствуют дыханию, закрывая рот и нос руками, подушкой или полиэтиленовым пакетом, умышленно медлят с вызовом скорой помощи и т. д.

Подобные действия позволяют больным с делегированным синдромом Мюнхгаузена воссоздать картину тяжелого состояния жертвы, а затем предпринять определенные меры по ее спасению, чтобы выглядеть героем, спасателем и заботливым человеком в глазах окружающих. Многократные насильственные действия негативно влияют на психическое состояние и физическое здоровье детей пациентов с синдромом Мюнхгаузена. Исходом симуляции может стать смерть или хроническое соматическое заболевание.

Из-за образа «самоотверженного спасителя» делегированный синдром Мюнхгаузена долго остается недиагностированным. Окружающие умалчивают о своих подозрениях, поскольку не могут ничего доказать, боятся ошибиться и быть обвиненными в клевете. Если другой сотрудник или член семьи все же решается озвучить подозрения, пациент с делегированным синдромом Мюнхгаузена истолковывает подобные действия, как злонамеренное преследование, занимает позицию жертвы, соответствующим образом настраивает окружающих и получает дополнительные выгоды, вновь оказавшись в центре внимания.

Диагностика и лечение синдрома Мюнхгаузена

Постановка диагноза представляет значительные затруднения, поскольку больные хорошо знакомы с симптомами симулируемых заболеваний и чрезвычайно убедительно имитируют различные патологические состояния. Диагноз синдром Мюнхгаузена выставляется по результатам осмотра и данным дополнительных исследований, свидетельствующих об отсутствии соматической патологии. В процессе диагностики врачам порой приходится обращаться в медицинские учреждения, в которых раньше лечился пациент с синдромом Мюнхгаузена, самостоятельно восстанавливая объективную историю жизни и болезни пациента. В ряде западных стран даже создают специальные базы с данными таких больных, однако эта мера не всегда бывает эффективной, особенно – при симуляции неотложных состояний.

Пациенты с синдромом Мюнхгаузена обычно категорически отказываются от психиатрического лечения. Исключением становятся острые кризисные состояния, во время которых больной начинает ощущать свою беспомощность и пытается открыто найти поддержку у психолога или психиатра. Специализированная помощь при синдроме Мюнхгаузена, как правило, ограничивается квалифицированной диагностикой, своевременным исключением соматической патологии, предотвращением ненужных процедур, операций и фармакотерапии. При делегированном синдроме Мюнхгаузена важнейшей задачей становится изоляция жертвы для сохранения ее физического и психического здоровья.

Синдром Мюнхгаузена через представителя

Что такие синдром Мюнхгаузена через представителя?

Синдром Мюнхгаузена через представителя (MSBP) – это психическое расстройство, при котором пациент ложно докладывает о симптомах или намеренно вызывает их у человека, о котором он заботится. Ухаживающим лицом наиболее часто является мать, а жертвой — ее ребенок. Поскольку жертвами являются дети, синдром Мюнхгаузена через представителя считается формой насилия над детьми.

Ухаживающее лицо с MSBP может:

Жертвы MSBP, обычно маленькие дети, часто подвергаются ненужным и болезненным медицинским обследованиям. Они могут стать тяжело больными или травмированными, или могут умереть в результате причиняющих боль действий ухаживающего лица. Многие дети, испытавшие на себе действие MSBP, страдают от развивающихся эмоциональных проблем, которые могут продолжаться всю их жизнь.

При синдроме Мюнхгаузена через представителя, мать может в различное время подвергать насилию больше, чем одного из своих детей. Дети, которые подвергаются MSBP обычно младше 6 лет, но бывают и старшими. Старшие дети бывают убеждены в том, что у них есть болезнь. Они вместе с лицом, ухаживающим за ними, могут пассивно или активно участвовать в обмане специалистов в сфере охраны здоровья.

Это состояние относится к синдрому Мюнхгаузена, сходному расстройству, при котором пациент причиняет развитие симптомов или говорит о наличии симптомов у себя самого. Дети, которые являются жертвами MSBP, позже во взрослом возрасте могут показывать развитие у себя синдрома Мюнхгаузена.

Что является причиной развития синдрома Мюнхгаузена через представителя?

Специалисты в области медицины не понимают до конца, что же является причиной создания симптомов или фальсификации заболевания у ребенка ухаживающим лицом. Результатом наличия у осуществляющего уход лица больного ребенка является получение внимания. И иногда ухаживающее лицо стремится получить этот тип внимания после того, как оно пережило болезнь в детском или взрослом возрасте. Кроме того, полагается, что MSBP может быть связан с детским опытом лица, причиняющего насилие. Обычно насильник вырастает с ощущением нелюбви и нежеланности. Такая мать обычно имеет низкую самооценку, не может преодолеть стресс или тревожность, и ощущает недостаток контроля над своей жизнью.

Читайте также  Упражнения в воде при коксартрозе

Кроме того, родители могут мотивироваться общественным вознаграждением, которое, как им кажется, они смогут получить. Они могут получить внимание не только от докторов или медсестер, но и от других членов общества. Иногда родители, которые обманывают других людей в отношении здоровья своего ребенка, получают также денежное вознаграждение. Люди могут помогать им в большом или малом, например выполнении повседневной работы по дому, закупке продуктов или же жертвуя им деньги или услуги.

Как обычно действует такая категория людей?

Пациент с синдромом Мюнхгаузена через представителя обычно умен и может иметь медицинское образование или опыт. Такая мать обычно видится как преданная своему ребенку. Уважение, симпатия и внимание, которое она получает от медицинских работников и других людей, обеспокоенных состоянием ребенка, включая ее мужа, позволяет ей чувствовать свою значимость и контролировать события. Ее действия служат для поддержания этого чувства власти и контроля. Ухаживающее лицо получает эмоциональное наполнение от тех тесных взаимоотношений, которые оно развивает с медицинскими работниками, которые вовлечены в уход за ребенком. Но под таким удовлетворением может быть много враждебности, которая проявляется через непрерывный обман.

Пациент с MSBP не воспринимает свое поведение как наносящее вред. Ей может не хватать эмпатии – способности понимать, что чувствует другой человек. Несмотря на то, что она кажется обожающей ребенка (демонстрируя чрезвычайную гордость и любовь), фактически она может быть эмоционально отъединена от ребенка.

Каковы признаки того, что человек может иметь синдром Мюнхгаузена через представителя?

Врачи-специалисты могут подозревать у человека синдром Мюнхгаузена через представителя, если:

Также может быть выявлено, что ухаживающее лицо имеет историю синдрома Мюнхгаузена. Еще большая причина подозревать MSBP есть тогда, когда другой ребенок в семье имел необъясненные болезни или умер.

Как диагностируется синдром Мюнхгаузена?

Диагностика MSBP очень сложна. Если есть подозрения на его существование, все медицинские работники, участвующие в уходе за ребенком, тщательно наблюдают, документируют и составляют таблицу всех симптомов, результатов лабораторных анализов, лечения и поведения ухаживающего лица. Это тщательное документирование помогает убедиться в том, что диагноз MSBP имеет под собой прочное основание, и что ребенок не нуждается в дальнейших обследованиях или лечении.

Если медицинские специалисты ставят диагноз MSBP или выявляют другую форму насилия над ребенком, об этом уведомляются службы защиты детей, полиция и другие уполномоченные органы. Обычно в дальнейших обследованиях нет необходимости, и правовые органы и медицинский персонал разрабатывают план контроля ухаживающего лица и обеспечения безопасности ребенка.

Как лечится синдром Мюнхгаузена через представителя?

Защита ребенка – главный приоритет на всех стадиях лечения. Госпитализированный ребенок может быть защищен медицинским персоналом, работниками служб защиты детей и, возможно, полицией. Если ребенок в настоящее время не госпитализирован, он или она передается под безопасную опеку на расстоянии от ухаживающего лица. Другие дети семьи тоже могут быть забраны из-под родительской опеки. Ожидается, что после того, как ребенка заберут у ухаживающего лица, симптомы прекратятся. В качестве первичного врача ребенка назначается конкретный врач.

Лечение ухаживающего лица обычно координируется через правовую систему. Долговременная психотерапия используется для того, чтобы помочь ухаживающему лицу осознать и выразить свою потребность в поддержке, уважении и связи. Более прямая работа с этими эмоциональными потребностями может помочь предотвратить проецирование им этих потребностей на своего ребенка. Терапия также фокусируется на оказании ей помощи в развитии эмпатии, чтобы она понимала влияние, которое ее поведение оказало на ее ребенка. Лекарственные средства используются только тогда, когда вместе с MSBP есть другое диагностированное состояние, такое как расстройство тревожности.

Ухаживающие лица с MSBP очень часто противятся лечению. Обычно они настойчиво отрицают проблему и диагноз. Такие ухаживающие лица также часто пытаются манипулировать медицинскими работниками, которые участвуют в их лечении. Поведение MSBP имеет высокий процент рецидивов, и обычно необходим четкий мониторинг и постоянное консультирование.

Синдром Мюнхгаузена через представителя – Симптомы

Следующие предупредительные признаки могут предупредить специалистов-медиков о том, что родитель (обычно мать) или ухаживающее лицо имеет синдром Мюнхгаузена через представителя (MSBP):

Синдром Мюнхгаузена через представителя

  • Издательство «Медиа Сфера»
  • Журналы
  • Подписка
  • Книги
  • Об издательстве
  • Рекламодателям
  • Доставка / Оплата
  • Контакты

Кафедра оториноларингологии лечебного факультета РНИМУ Минздрава РФ, Москва

ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова», Москва

ГБУЗ «Московский научно-практический центр оториноларингологии им. Л.И. Свержевского», Москва

Псевдогипоакузия при синдроме Мюнхгаузена

Журнал: Вестник оториноларингологии. 2018;83(1): 72-74

Левина Ю. В., Гусева А. Л., Байбакова Е. В. Псевдогипоакузия при синдроме Мюнхгаузена. Вестник оториноларингологии. 2018;83(1):72-74. https://doi.org/10.17116/otorino201883172-74

Кафедра оториноларингологии лечебного факультета РНИМУ Минздрава РФ, Москва

Описан редкий клинический случай психогенного снижения слуха у пациентки, страдающей синдромом Мюнхгаузена. Представлены субъективные и объективные методы исследования слуха, позволяющие диагностировать это заболевание.

Кафедра оториноларингологии лечебного факультета РНИМУ Минздрава РФ, Москва

ГБОУ ВПО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова», Москва

ГБУЗ «Московский научно-практический центр оториноларингологии им. Л.И. Свержевского», Москва

Неорганическое снижение слуха, или псевдогипоакузия, описана в мировой литературе как нарушение слуха и разборчивости речи при отсутствии органической причины. Подобные изменения крайне редки и могут возникать после перенесенного эмоционального перенапряжения, стресса, переутомления, а также в симптомокомплексе различных психических расстройств [1, 2]. Псевдогипоакузия может быть выявлена при тестировании слуха, когда у обследуемого нет органической причины для нарушения слуха. В литературе выделяют три формы подобных нарушений: сознательная симуляция болезни, аггравация и психогенная гипоакузия [3].

Несмотря на то что процент таких нарушений среди причин нарушений слуха крайне мал, о них необходимо помнить специалистам аудиологам и сурдологам [4, 5]. К симптомам, которые должны насторожить доктора при первичном осмотре, относятся жалобы на нарушение разборчивости речи в личной беседе, когда пациент имеет визуальную поддержку (губы говорящего находятся на виду), и хорошая разборчивость речи при отсутствии визуальной зрительной поддержки.

При псеводгипоакузии стандартные рутинные субъективные методы исследования слуха могут выявлять значительные слуховые нарушения, в то время как при привлечении объективных методов патология не выявляется [1, 6—8].

Клинический пример

Пациентка М., 30 лет, направлена на исследование слуха в консультативно-диагностический центр ГКБ № 1 им. Н.И. Пирогова неврологом в рамках комплексного обследования у различных специалистов с подозрением на синдром Мюнхгаузена. Синдром Мюнхгаузена — симулятивное расстройство, при котором человек симулирует, преувеличивает или искусственно вызывает у себя симптомы болезни, чтобы подвергнуться медицинскому обследованию, лечению, госпитализации, хирургическому вмешательству и т. п. [9]. В течение последнего года пациентка М. жалуется на комплекс симптомов, в том числе на снижение слуха, периодически до глухоты, нарушение разборчивости речи.

Учитывая жалобы на значительное снижение слуха и нарушение разборчивости речи, пациентке проведено комплексное обследование слуховой функции, включающее субъективные и объективные методы исследования слуха.

Субъективные методы исследования: при камертональном исследовании латерализации звука в тесте Вебера камертонами С 128−512 не выявлено. При тональной пороговой аудиометрии выявлена III степень смешанной двусторонней тугоухости c преобладанием сенсоневрального компонента. Отмечалась нестабильность результатов ответа (рис. 1, а). Рис. 1. Тональная пороговая аудиометрия пациентки М. а — при регистрации на 1-м приеме; б — при регистрации на 2-м приеме. Сплошная линия — воздушная проводимость, прерывистая линия — костная проводимость. При определении разборчивости речи отмечено повышение порога разборчивости слов. Провести верификацию тональной аудиометрии по речевому тесту не удалось из-за значительного разброса данных разборчивости речи у пациентки. Затруднений в разборчивости речи в индивидуальной беседе с экраном у пациентки нет, что может свидетельствовать о наличии признаков аггравации или симуляции снижения слуха.

Объективные методы исследования: тимпанограмма у пациентки тип, А с обеих сторон, акустические рефлексы стремянной мышцы зарегистрированы на частоте 500—4000 Гц при стимуляции в течение 15 с в диапазоне 90—100 дБ, что соответствует нормальным значениям и не наблюдается при смешанной тугоухости III степени.

При регистрации вызванных слуховых потенциалов порог возникновения V пика прослеживается на интенсивности 40 дБ с двух сторон. При регистрации стационарных слуховых вызванных ответов (ASSR) электрофизиологические пороги слуха на четырех частотах не превышали 30 дБ (рис. 2). Рис. 2. Стационарные слуховые вызванные потенциалы (ASSR) пациентки М. — пороги многочастотных стационарных вызванных потенциалов (мульти-ASSR);, × — аудиограмма, рассчитанная программой. При регистрации отоакустической эмиссии на частоте продукта искажения ПИОАЭ (рис. 3) Рис. 3. Отоакустичская эмиссия пациентки М. на 1-м приеме. и задержанной вызванной ЗВОАЭ получен ответ на всех исследованных частотах.

С пациенткой проведена психопрофилактическая беседа, объясняющая особенности полученных результатов и возможную сохранность у нее слуха в полном объеме. Было назначено повторное обследование через 1 нед.

При повторном обследовании и субъективном тестировании тональной пороговой и речевой аудиометрии затруднений в восприятии как тональных, так и речевых сигналов у обследованной не получено (рис. 1, б). Пациентка объясняет это тем, что ранее у нее была «тяжесть в голове», которая «исчезла».

Обсуждение результатов

Тональная пороговая аудиометрия, являясь субъективным методом исследования слуха, в котором пациент имеет задание субъективно регистрировать все услышанные им тоны, может давать ложные результаты у пациента с различными формами неорганических гипоакузий. Привлечение дополнительных как субъективных, так и объективных методов исследования слуха позволяет специалисту заподозрить у обследуемого неорганическою природу изменения слуховой функции.

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

5 самых странных (и страшноватых) психических расстройств

Публикуем список из пяти самых необычных психических расстройств, которые доказывают, что странные вещи происходят с людьми не только в кино, а фантазии писателей и режиссеров часто вдохновлены реальными историями.

Наш мозг — огромная вселенная, изучать которую ученые будут еще не одно десятилетие. Но его мощь неоспорима. Взять хотя бы то, как нервная система искажает восприятие мира и заставляет действовать человека во время психических расстройств.

Мы решили коротко рассказать о пяти самых странных, интересных и немного пугающих расстройствах.

Синдром Котара

Одна из ярких характеристик этого синдрома — вывернутый наизнанку бред величия: человек считает, что он или отдельные части и органы его тела уже умерли, сгнили, разложились или просто отсутствуют.

Кадр из фильма «Пираты Карибского моря: Мертвецы не рассказывают сказки»

Человек с синдромом Котара часто уверен, что несет катастрофический вред человечеству: что он заразил всех страшной инфекцией, отравил или полностью стер человечество с лица земли, что из-за его гнилостного дыхания скоро вымрет планета.

Читайте также  Клинические аспекты применения блокаторов рецепторов ангиотензина II

Напоминает некоторых героев «Пиратов Карибского моря», не правда ли?

Синдром Мюнхгаузена

Названный в честь известного враля, этот синдром характеризуется патологической ложью по поводу состояния своего здоровья. Человек преувеличивает, симулирует или нарочно вызывает у себя симптомы болезни.

Человек идет на всё, чтобы добиться медицинских процедур разной сложности, вплоть до хирургических вмешательств, страховых выплат, поддержки фондов и — самое главное — поддержки, сочувствия, внимания и помощи от окружающих. Смежное расстройство — синдром Мюнхгаузена «по доверенности» — заключается в том, что родственник (обычно мать или супруга) вызывает у близкого человека (чаще у ребенка) симптомы заболевания.

Кадр из документального фильма Mommy Dead Dearest

Пример всего масштаба и всей трагедии этого расстройства — прошлогодняя история Ди-Ди Бланшард и ее дочери Джипси: мать всю жизнь внушала ребенку, что та тяжело больна целым «букетом» тяжелых заболеваний — начиная с эпилепсии и заканчивая мышечной дистрофией. Повзрослевшая дочь не выдержала и подговорила молодого человека убить мать. Сейчас она под следствием — и у нее нет ни одного симптома ни одного из заболеваний, которыми она «болела».

Ганзеровский синдром

Этот синдром напоминает синдром Мюнхгаузена, так как внутренняя тревога человека трансформируется в демонстративное, вызывающее, неадекватное поведение, которое направлено на окружающих. Другое его название — истерический психоз. Впервые его описал немецкий психиатр Ганзер у человека, который находился под следствием. Расстройство и сейчас чаще встречается, когда социальному статусу человека что-то угрожает — например, судебное разбирательство. Но это может быть и мобилизация в действующую армию, и даже внезапный разрыв отношений.

При этом синдроме человек ведет себя по-детски — сидит на полу, «играет» окружающими предметами. На простые вопросы отвечает неправильно (например, путает лево и право), не может одеться, забывает, как есть. Что странно, человек понимает обращенную к нему речь, но говорит или делает всё как будто «мимо».

Иногда доходит до «одичания» — человек становится на четвереньки, лакает воду из миски, лает, воет и пытается укусить людей вокруг.

После приступа человек не помнит, что с ним происходило. Этот синдром — невероятно редкий. О нем почти не упоминается ни в кино, ни в художественных фильмах. С другой стороны, может быть мы просто плохо представляем себе, что происходит с человеком, которому грозит тюрьма.

Синдром Фреголи

Этот синдром назван в честь актера Леопольда Фреголи, который умел виртуозно менять внешность. Человек с этим необычным психическим расстройством убежден, что его знакомый (чаще преследователь, враг, недоброжелатель) прячется в других людях — просто хочет оставаться неузнанным. Поэтому постоянно меняет внешность, гримируется.

Кадр из фильма «Матрица: Революция»

Это синдром — разновидность синдрома Капгра, в котором всё наоборот — человек уверен, что его близкого, например, жену или ребенка, заменил двойник, который умело подделал его внешность и манеры. Этот синдром был хорошо отражен в (страшноватом) фильме «Вторжение похитителей тел».

Множественная личность

Диссоциативное расстройство личности, которое всем известно как раздвоение личности. Синдром, которые многие считают «священным Граалем» психиатрии: все про него слышали, это официальный диагноз в классификаторах болезней, но его мало кто видел.

Предположительно из-за сильной психической травмы в детстве человек как будто внутренне расщепляется на несколько личностей. Чаще больше двух (может быть и тридцать), они разного пола, возраста, с разной мимикой, привычками, у каждого часто свой почерк и даже разные физиологические показатели.

Эти субличности не знают друг о друге, или знают только о некоторых. «Переключаясь» между личностями, человек забывает, что происходило только что с его альтер эго. При этом «переключение» между разными персонажами могут вызывать разные внешние события.

Кадр из фильма «Сплит»

Вся загадочность этого синдрома раскрывается в фильмах и книгах — «Три лица Евы», «Сибил», «Множественные умы Билли Миллигана», «Сплит».

При шизофрении, к которой ученые тоже применяют термин «расщепление», человек сосуществует одновременно со своими голосами и видениями и не страдает от провалов в памяти. Расщепление, раскол происходит с его мышлением и эмоциями — больной не может мыслить целенаправленно и становится полностью черствым, холодным, как механизм.

Ставьте «Нравится» нашей странице на фейсбуке, если вас тоже удивили эти психические расстройства!

Синдром Мюнхгаузена: ложь, которая убивает

Глеб Поспелов об уникальном психическом расстройстве, при котором пациенты хотят лечь под нож

В практике психиатра бывает почти всё: интригующее, смешное, грустное, раздражающее. Со временем привыкаешь к разным формам безумия. Но есть вещи, к которым привыкнуть невозможно. Даже нам, психиатрам, присущ иррациональный страх непонятного, страх от противоестественных поступков, нарушающих основы существования ­живого.

Я сейчас говорю об умышленном самоповреждении или сознательном причинении страданий близким. И особенно страшно, когда это совершает человек, во всех остальных отношениях считающийся ­нормальным.

Режь меня полностью

Простой пример из практики. Пару лет назад меня пригласили на консультацию в хирургическое отделение. Мне представили скорбного человека средних лет. Пациент держался за живот и нарочито стонал, раскачиваясь как метроном. В глазах стояли ­слезы.
— Я вас умоляю… Мне же больно… Если я умру — вам же будет ­хуже…
Хирурги ­улыбались:
— Может, потерпите? Лекарства помогут, резать ­необязательно! Пациент игнорировал уговоры. Постепенно он перешел к угрозам; печаль на лице сменилась гримасой ­гнева.
— У меня есть прямой телефон Минздрава! У вас ведь уже были проблемы.

Хирурги продолжали улыбаться. Пациента они видели не впервые и в течение года диагностические операции ему проводили дважды. «Больной» — вовсе не был болен. Он оказался не хирургическим, а психиатрическим пациентом с диагнозом «синдром Мюнхгаузена».

В этой ситуации спасать нужно было не его жизнь, а скорее нервы, время и здоровье врачей. Мне оставалось лишь объективно зафиксировать психическое состояние пациента и предоставить заключение — чтобы защитить коллег от назревающего ­конфликта. Разубеждать пациента с синдромом Мюнхгаузена бесполезно. Он не стремится быть здоровым. Ему нужна операция, хочется, чтобы его разрезали. Звучит дико, но суть проблемы именно такова. И пациенту наплевать, что работа врача — не разрезание, а лечение людей. Он уверен, что операция поможет, и активно симулирует боль и недомогание, пускается на хитрости и угрожает — лишь бы добиться ­своего.

«Больной» это понимал и беседовать с психиатром не хотел; такой опыт у него явно уже имелся. После долгих уговоров и объяснений, что без моего осмотра оперировать его всё равно не будут, мужчина пошел на контакт. Он уверял меня, что у него «хирургическая патология», сыпал медицинскими терминами, перечислял многочисленные «симптомы». А мы с хирургами четко понимали: симптомы, которые описывает наш клиент, — взаимно несовместимы. Этот человек явно читал медицинскую литературу, но в некоторых вещах компетентен только врач; опыт нельзя заменить ­начетничеством. В итоге нашего «страдальца» выписали после комиссионного осмотра, с рекомендацией лечения у психиатра. Хотя вряд ли он к нему пошел. Такие люди вообще редко приходят к нам самостоятельно. С ними сталкиваются в основном хирурги, реже — терапевты. Психиатры — враги для людей с этим ­расстройством. История, которую я сейчас рассказал, — вполне рядовая. Самое жуткое — впереди. Но сначала я более подробно остановлюсь на том, что же такое — «синдром ­Мюнхгаузена».

В память о бароне ­М.

Почему психическое расстройство так называется? Синдром Мюнхгаузена — не болезнь, это симулятивное расстройство, при котором человек притворяется больным, преувеличивает или искусственно вызывает у себя симптомы болезни, чтобы подвергнуться медицинскому обследованию, лечению, госпитализации, хирургическому вмешательству и тому ­подобное. Синдром назван по имени персонажа литературных произведений Рудольфа Эриха Распэ (1737–1794) (а вовсе не реального исторического лица — русского кавалерийского офицера XVIII века немецкого происхождения, барона И. К. Ф. фон Мюнхгаузена!).

Термин «синдром Мюнхгаузена» (англ. Münchausen syndrome) был предложен английским эндокринологом и гематологом Ричардом Ашером в 1951 году, когда он впервые описал в журнале Lancet поведение пациентов, склонных выдумывать или вызывать у себя болезненные ­симптомы. У этого заболевания имеются синонимы: синдром «профессионального больного», «больничного привыкания», «имитирующее расстройство». В классификации МКБ-10 синдром отнесен в рубрику «Умышленное вызывание или симулирование симптомов или инвалидности физического или психологического характера — так называемые поддельные ­нарушения».

Кто врет и почему

Причины подобного поведения до сих пор полностью не изучены. Общепринятое объяснение таково, что симуляция болезни позволяет этим пациентам получить внимание, заботу и психологическую поддержку, потребность в которых у них велика, но подавлена в силу различных ­причин. Синдром Мюнхгаузена — это пограничное психическое расстройство. Он напоминает соматоформное расстройство (когда реальные болезненные ощущения вызваны психотравмирующими факторами) тем, что в основе жалоб лежит психическая ­проблема.

Но ключевое различие состоит в том, что при синдроме Мюнхгаузена симптомы соматического заболевания пациенты подделывают сознательно. Они постоянно симулируют различные болезни и часто переходят из больницы в больницу в поисках лечения. Недаром человека с подобным стереотипом поведения в разных странах на сленге называют «профессиональным больным», «больничной ­блохой»… Тем не менее этот синдром нельзя свести к простой симуляции. Наиболее часто он присущ истерическим личностям с повышенной эмоциональностью. Их чувства поверхностны, неустойчивы, эмоциональные реакции демонстративны и не соответствуют вызвавшей их ­причине. Вместо того чтобы противостоять конфликту, они предпочитают уйти в болезнь и спрятаться от проблемы, получив внимание, сочувствие, потакание, а их обязанности берут на себя другие, что вполне устраивает мнимых ­больных. Подобные истерические типы отличаются повышенной внушаемостью и самовнушаемостью, поэтому могут изображать что угодно. При попадании такого пациента в больницу он может копировать симптомы соседей по ­палате. Эти пациенты обычно весьма умны и находчивы; они не только знают, как симулировать симптомы болезней, но также разбираются в методах диагностики. Они могут «управлять» врачом и убедить его в необходимости интенсивного обследования и лечения, в том числе и серьезных операций. Они обманывают осознанно, но их мотивации и потребность во внимании в значительной степени ­бессознательны. Возраст «мюнгхаузенов» не имеет четких границ и может колебаться в широких пределах. Количественно «мюнхгаузены» составляют от 0,8 до 9 % ­больных. Кириллова Л. Г., Шевченко А. А., и др. Тот самый барон Мюнхгаузен и синдром Мюнхгаузена. г. Киев — Международный неврологический журнал 1 (17) 2008.

Как распознать ­симулянта?

В классическом представлении психиатров, важный признак синдрома — непрерывный поток неправдоподобных жалоб на состояние здоровья, на мучительные, разрывающие всё тело боли, часто с настойчивыми требованиями провести для излечения хирургическую ­операцию. Ричард Ашер выделил три основные клинические разновидности ­синдрома:

Читайте также  Легочная гипертензия (первичная и вторичная)

1. Острый абдоминальный тип (лапаротомофилия) — самый распространенный. Отмечаются внешние признаки «острого живота» и следы предыдущих лапаротомий в виде многочисленных рубцов. «Бароны» жалуются на сильную боль в животе и настаивают на немедленной ­операции. Дополнительные диагностические обследования говорят об отсутствии острой патологии. Но в случае отказа от немедленной операции больные, корчившиеся от боли, могут мгновенно покинуть стационар, чтобы в ту же ночь поступить с «острым животом» в другую больницу. Некоторые, добиваясь операции, могут глотать инородные предметы (ложки, вилки, гвозди и т. п.). Надо отметить, что истерические боли бывает очень трудно отличить от физических. Поэтому врачи, затрудняясь точно установить причину, нередко решают оперировать ­симулянта.
2. Геморрагический тип (истерическое кровотечение). У больных периодически возникают кровотечения из различных частей тела. Порой для этого могут использоваться кровь животных и умело нанесенные порезы, что производит впечатление естественных повреждений. Больные поступают в больницу с жалобами на «очень сильные кровотечения, угрожающие жизни». Именно к этому типу относятся ­стигматики.
3. Неврологический тип. У мнимых больных возникают острые неврологические симптомы (параличи, обмороки, судорожные припадки, жалобы на сильную головную боль, необычное изменение походки). Иногда такие пациенты требуют проведения операции на ­мозге. По понятным причинам «мюнхгаузены» стараются не попадать в одну больницу дважды. Они ложатся в различные стационары десятки, а иногда и сотни раз! Именно поэтому в ряде западных стран во многих клиниках имена «баронов» занесены в особый лист мошенников, с которым врач скорой всегда может ­свериться.

Делегированный синдром Мюнхгаузена: форма насилия над детьми

Автор фото, malerapaso / Getty Images

Впервые подобное состояние было идентифицировано в 1977 году. (На этом и других фото — модели, не имеющие отношения к этой истории)

Когда медработники больницы им. Карлоса ван Бюрена в чилийском городе Вальпараисо подтвердили свои опасения, ребенок, которому было три с половиной года, уже пять раз был госпитализирован и прошел не один курс антибиотиков — и это всего за девять месяцев.

Мальчик — назовем его Марио — постоянно возвращался в отделение уха, горла, носа этой детской клиники с одной и той же проблемой: странными выделениями из обоих ушей в сопровождении небольших воспалительных узелков в тканях ушного канала, и эти узелки не позволяли врачам осмотреть его барабанную перепонку.

Официальный диагноз был — «воспаление среднего уха», но никто не мог объяснить, что его вызвало.

  • «Возраст — один день»: первые часы новой жизни
  • Семейная пара в Калифорнии держала на цепи 13 детей

Ребенок хорошо переносил лечение антибиотиками, однако недуг возвращался, как только его выписывали из больницы.

Также по непонятным причинам он несколько задерживался в развитии.

«В три года он с трудом ходил и очень мало говорил», — рассказывает хирург Кристиан Папузински, который входил в бригаду врачей, лечивших Марио в отделении отоларингологии этой детской больницы.

Три подозрительных составляющих

Случай Марио — реальный. Подробности этого клинического дела были опубликованы в 2016 году в чилийском медицинском журнале Revista de otorrinolaringología y cirugía de cabeza y cuello («Журнал отоларингологии и хирургии головы и шеи»).

Автор фото, Other

Биопсия показала гранулематозное воспаление в наружных слуховых каналах ребенка

У Папузински и лечившей мальчика бригады врачей стали появляться подозрения по разным, не связанным друг с другом причинам.

Прежде всего — из-за отсутствия очевидной причины, которая бы объясняла, почему симптомы ушного заболевания возвращаются.

Были у этого случая и необычные клинические явления: присутствие патогенов (микроорганизмов), которые обычно не обнаруживаются при ушных заболеваниях, а также необъяснимых ранок.

И наконец, тот факт, что Марио совершенно явно поправлялся, как только оказывался вне дома.

Папузински говорит, что после того как мальчик провел в клинике два месяца, врачи стали подозревать, что, возможно, мать закладывала ему в ухо какое-то раздражающее вещество.

Мысль об этом возникла во время первой биопсии, когда врачи заметили, что ребенок, попав в больницу, сразу стал поправляться, вспоминает хирург.

«Мы пришли к выводу, что тут может присутствовать некий семейный фактор, который мы не учли. И одним из факторов может быть какое-либо ненадлежащее обращение с ребенком», — говорит врач, который признается, что до этого никогда с подобным случаем не сталкивался.

Но после того как представители социальной службы и детский психиатр осмотрели ребенка, эта гипотеза была отвергнута.

Как говорит Папузински, мать отрицала какое-либо плохое обращение с ребенком.

И до самого конца она продолжала все отрицать.

«Очень встревоженная мать»

Казалось, что мать Марио по-настоящему волновалась за здоровье своего сына.

«Она была очень обеспокоена. Она всегда его сопровождала, всегда приезжала загодя и проводила почти круглые сутки в больнице», — вспоминает чилийский хирург.

За девятимесячный период своего лечения Марио провел в этой детской больнице более 80 ночей.

Спустя семь месяцев после того, как он впервые попал на прием, правда случайно выплыла наружу.

Автор фото, JLBarranco / Getty Images

Мальчик провел более 80 ночей в больнице за девять месяцев своего лечения

Мать ребенка, лежавшего в одной палате с Марио, случайно увидела, как его мать впрыскивала ему какой-то препарат без ведома врачей.

Врачи в клинической истории записали, что мать Марио пригрозила этой женщине, чтобы та молчала. Когда же медики напрямую ее об этом спросили, мать Марио все отрицала.

Тогда они вызвали полицию, которая обыскала мать Марио и нашла при ней шприцы, спрятанные в одежде и под кроватью ее сына.

С уликами на руках врачи обратились в прокуратуру. Прокуратура выдала ордер, запрещавший матери приближаться к ребенку, который стал быстро поправляться и вскоре был выписан из больницы.

Врачи же впервые смогли осмотреть у Марио барабанные перепонки и убедиться в том, что никакого ушного заболевания у него не было.

Медики также отметили значительное улучшение в общении ребенка с другими людьми.

Редко диагностируемый синдром

Оказалось, что болен на самом деле не ребенок, а его мать: у нее был делегированный синдром Мюнхгаузена, который был выявлен психиатрами той же больницы.

Это симулятивное психическое расстройство было впервые описано в 1977 году британским педиатром Роем Медоу.

Автор фото, Nadezhda1906 / Getty Images

Делегированный синдром Мюнхгаузена считают формой насилия над детьми: примерно в 7% случаев он приводит к смерти ребенка

Делегированный синдром Мюнхгаузена — это форма синдрома Мюнхгаузена, при котором человек симулирует симптомы какого-нибудь заболевания, чтобы привлечь к себе симпатию, сострадание, восхищение и внимание со стороны врачей.

В случае с делегированным синдромом человек, который отвечает за кого-то — чаще всего, это мать или опекун ребенка — фабрикует симптомы болезни, часто даже нанося физический вред ребенку.

Это считается разновидностью насилия над ребенком, которое очень часто не диагностируется ни врачами, ни ответственными лицами, иногда на протяжении месяцев или даже лет.

По данным чилийской бригады врачей, примерно 7% таких случаев заканчиваются летальным исходом.

СМИ в разных странах мира писали о наиболее известных случаях, приводивших к гибели детей и последующему тюремному заключению родителей.

Взрослые, страдающие от этого психического расстройства, могут доходить до предела, ища внимания со стороны врачей: они могут колоть ребенку кровь, мочу и даже кал, чтобы вызвать заболевание, или давать какие-то лекарства, которые вызовут у ребенка рвоту или понос, или приведут к тому, что ребенку будут делать биопсию или хирургическую операцию.

Как пишут врачи в случае с Марио, настоящая причина возникновения этого синдрома неизвестна, но по их мнению, это заболевание слишком редко диагностируется, потому что обычно медики ни в чем не подозревают родителей детей-пациентов.

Многие клинические случаи свидетельствуют о том, что в подавляющем большинстве случаев насильником является мать, и чилийские врачи подтверждают это в 75% случаев.

Зачем они это делают?

На самом деле синдром Мюнхгаузена и делегированная его форма мало изучены.

Эксперты в этой области полагают, что те, кто сами пострадали от насилия, жестокого обращения или в детстве были покинуты родителями, находятся в группе риска и могут заполучить это психическое расстройство.

Врачи также предполагают, что пациенты, занимающиеся членовредительством или же причиняющие вред своим подопечным, делают это, чтобы вызвать симпатию, внимание или восхищение своей способностью совладать с возникшей проблемой.

Автор фото, szefei / Getty Images

Делегированный и обычный синдром Мюнхгаузена пока не очень хорошо изучен

С другой стороны, даже имея подозрения, медперсоналу не просто напрямую потребовать объяснений у пациентов, у которых они подозревают наличие синдрома Мюнхгаузена.

Тут есть определенный риск: если пациента начнут расспрашивать с пристрастием, они будут настороже, начнут оправдываться или вовсе исчезнут, чтобы начать искать помощи в другой больнице, где их еще не знают.

В случае с Марио так и случилось: он был направлен в больницу Вальпараисо из другой больницы, в которую не раз попадал и где врачи так и не сумели поставить диагноз.

Другой опасностью может быть ошибочное обвинение пациента со всеми вытекающими отсюда последствиями.

«Это очень непростая ситуация», — говорит Папузински.

Британский педиатр Рой Медоу, впервые описавший этот синдром, сам попал в двусмысленную ситуацию после того, как выступил в качестве свидетеля на нескольких процессах против родителей, которых ошибочно обвиняли в убийстве своих детей.

«Нормальная жизнь» с бабушкой

В случае с Марио судья суда по семейным делам постановил, чтобы мальчика отдали на воспитание его бабушке.

Автор фото, FatCamera / Getty Images

После того, как матери диагностировали синдром, ребенок быстро пошел на поправку

Как рассказывает доктор Папузински, эти перемены очень быстро оказали позитивное воздействие на здоровье ребенка, который начал хорошо ходить, у него улучшилась речь, он стал больше общаться со сверстниками и смог посещать школу.

Мать Марио может встречаться с ним в присутствии третьего лица и сейчас получает помощь психиатра, чтобы в будущем, возможно, снова получить возможность воспитывать своего сына.

Как говорит лечивший Марио хирург, мальчик сейчас живет нормальной, здоровой жизнью и не проявляет никаких признаков того, что он пострадал от действий своей матери.

Раз в год приходит на очередную диспансеризацию в больницу, где он когда-то лежал.